girniy.ru 1 2 ... 33 34
Новое Начало – Альтернатива. Часть II – Наследники Зодчих Теней 


Автор:

Shin-san

Беты:

Янина, Элериан

Пэйринг:

Гарри Поттер/Новый Женский Персонаж

Рейтинг:

R

Жанр:

AU/Action/Darkfic

Размер:

Макси

Статус:

Закончен

Саммари:

Вся книга: Всем недовольным фанфиками «Властелины Стихий» и особенно «Новое начало» посвящается.
Альтернативный вариант «Нового начала» - сиквела «Властелинов стихий».
Время повернулось вспять – но Драко и Северус сохранили память о произошедших событиях. Обретя силу и возможности Лоно Хара, они поднялись на неизмеримо высшую ступень над «обычными» магами. Но, как говорится, «Не считай себя самым сильным – всегда найдется сильнее». Или, как минимум равный.
Часть II: Будьте осторожны в своих желаниях, они могут и исполнится. Поттер хотел Силы – он ее получил. Но достаточно ли этого? Ведь время героев-одиночек прошло, а за спиной его злейшего врага маячит могучая тень Лоно Хара. Вывод – нужны союзники, но кто? Волшебники? Магглы? Обитатели других миров? А может, все вместе?


Серия:

Новое Начало – Альтернатива. Часть I - Возрождение Дракона, не только...

>Новое Начало – Альтернатива. Часть II – Наследники Зодчих Теней
Новое Начало – Альтернатива. Часть III. Война на восемь сторон света


Глава 1. Мертвый мир.


Гарри Поттер уже несколько часов шел по каменистой равнине размеренным, пружинистым шагом человека, настроенного на долгую пешую прогулку и пыль, поднимаемая при шагах, уже покрыла его ботинки сплошным грязно-коричневым налетом.

«Рассчитывать тут придется только на себя...»

Странно, но стоило осознать этот не слишком радостный факт, как Гарри успокоился. В самом деле, всё было не так уж и плохо. Голод и жажда ему пока не грозили: в рюкзаке лежала початая двухлитровая бутылка воды, большая пачка галет, фруктовый джем в пластиковой банке и пара сандвичей в фольге — все то, что он перед уходом по-быстрому реквизировал из холодильника Дурслей. Руки-ноги были в порядке, а накатывающая дурнота, вызванная неожиданным перемещением в Даймон, давно прошла.

В конце концов, он был обут, одет, вооружен своим мечом, и знания его никуда не исчезли. Не самая лучшая ситуация, конечно, но и отнюдь не безвыходная. Заблудившийся странник, наделенный такими умениями и способностями — все же не самое беззащитное существо...

Поттер шел к пирамидам.

Посидев на пригорке, на который его так неожиданно выбросило, умывшись и выпив воды, он пришел к неутешительному выводу, что идти ему, собственно, больше некуда. Всюду, покуда хватало глаз, расстилались мёртвые, искореженные земли, засыпанные пеплом и заваленные обломками. Даже напрягая всё своё чутье, Гарри не ощущал вблизи ни малейшей искорки жизни. Но гигантский комплекс, тремя остроконечными вершинами возвышавшийся на горизонте, казался единственным оазисом чего-то упорядоченного, одиноким островом среди бескрайнего моря запустения и тлена.


Вдобавок, тёмное нечто, с недавних пор ставшее частью Гарри, тоже стремилось туда, словно жаждало не то воссоединиться, не то подпитаться от родственной силы, вложенной их единым создателем в в конические глыбы далеких строений.

Да и самого Поттера снедали нешуточные любопытство и интерес. В цитадели тёмного искусства Каэр-Ду, сумевшей выстоять в испепеляющем огне последней битвы этого мира, наверняка скрывались знания, способные ответить на многочисленные вопросы и распахнуть двери, в которые Гарри прежде заглядывал лишь мельком, а, может, и оружие, способное обеспечить перевес в неизбежной войне с Вольдемортом.


* * *


Мир, в который он попал, был выжжен войной дотла. Его воздух был сух, неподвижен и безжизнен, и казалось, что в нём, в его атмосфере и бесконечной реке низких облаков, в сероватом пространстве, присутствовал некий фоновый шум или гул, глубокий и очень, очень низкий. Человеческий слух не мог его уловить, но порой он заставлял вибрировать все кости в теле Гарри. Невольно создавалось ощущение, что это звучит голос самого мира, как последняя нота неоконченного реквиема.

Дойдя до замеченного с пригорка озера со странными, словно оплавленными фигурами, Поттер потратил почти полчаса, разглядывая увиденное.

Озеро состояло из спекшейся, желтой стекловидной массы, а фигуры были воинами, заключенными в прозрачный плен, как мухи в куски янтаря. С головы до ног обмотанные какими-то лентами, явно нечеловеческие трехметровые силуэты восседали на кошмарных шестилапых тварях, похожих на громадных крокодилов, чьи мышцы и сухожилия выпирали так сильно, что, казалось, с них содрали кожу.

Неизвестное могучее заклинание, расплескавшее землю, как кисель, на нескольких квадратных километрах, похоже, накрыло их в самый разгар атаки — об этом говорили и пригнувшиеся фигуры всадников, и поднятое в замахе оружие. Даже комья земли, выброшенные из-под когтистых лап бегущих верховых животных, застыли в воздухе, навек заключенные в толстый, полупрозрачный панцирь расплавленного песка и земли.


Чьи были эти воины, и кого они атаковали за миг до гибели, было навсегда похоронено в прошлом.

Оставив их за спиной, Поттер вскоре приблизился к первому из столбов бирюзового пламени, упиравшемуся в летящие облака и теряющемуся за ними. Но чем ближе он подходил, тем сильнее начинал ощущать смутное беспокойство, на губах появилась острая горечь, а по телу пошли гулять волны болезненных уколов. До огненного столба оставалось дюжины две шагов, когда внутреннее чувство опасности прямо-таки взвыло, будто ледяным душем окатив Гарри.

Уже знакомая игла холода кольнула разум, и Гарри понял, что видит перед собой. Вместе с пониманием в сознании возникла сложнейшая магическая формула, для реализации которой Поттеру не хватило бы всей его энергии, включая жизненную. Но даже если бы и хватило, юноша никогда бы не прибег к силам такого порядка. Просто не посмел бы.

«Борода Мерлина... Но как это вообще возможно?! — поспешно отходя назад, подумал он и судорожно сглотнул слюну. — Что за магия способна на такое?!»

Его ужас и изумление были вполне объяснимы — в идеально четкой конусовидной воронке призрачным пламенем распадалась и горела сама материя, расщепленная неведомой исполинской мощью. Боевое заклинание древнего мага поразило свою цель и стёрло с лица земли неведомого монстра, чьи громадные, высохшие конечности, похожие на стволы вековых деревьев, срезанные, как бритвой, и по сей день виднелись по краям воронки. Но однажды зажженное, адское горнило не было потушено, и теперь пульсировало, горело мрачным завораживающим огнем, изредка пуская вверх по колонне синевато-зеленого света ослепительные кольца, вызывавшие тот самый оглушительный грохот, от которого тряслась земля.

— Безумцы... Они все тут были безумцами... — пробормотал Поттер, медленно пятясь, а затем, резко развернувшись, даже не пошел, а почти побежал прочь от места, где волей безымянного могущественного мага была пробита брешь в самой основе мироздания, ставшая незаживающей раной, дырой в абсолютное ничто.


Где обходя, а где перебираясь через длинные, глубокие рвы, чьи края были покрыты толстой коркой грязно-желтых солей, а на дне вперемешку валялись сломанные пики, смятые, как консервные банки, ржавые латы и кирасы, наполненные костями, словно погремушки, Гарри поднялся на возвышенность, и его глазам предстала удивительная картина.

На верху холма, подобно памятнику самому себе, стояла на коленях сплошь закованная в ребристую сталь, высокая, почти квадратная фигура, опершаяся обеими латными перчатками на рукоять необычного меча, наполовину ушедшего в землю. Подойдя почти вплотную, Гарри понял, почему она казалось квадратной: у воина была начисто срублена голова, и срез воротника погнутых от ударов, местами рассеченных доспехов до сих пор блестел, ничуть не тронутый ржавчиной.

Если смотреть сверху, становилось понятным странное расположение оврагов, которые Поттер преодолел по пути сюда. Они расходились от холма во все стороны, как лучи; кем бы ни был этот рыцарь, он, оказавшись один в кольце врагов, храбро принял бой и долго сдерживал их натиск, пока не встретил последний, смертельный удар.

Поттер с почтением поглядел на оружие, торчавшее из каменистой земли. У меча была двуручная рукоять, гарда в виде двух толстых полумесяцев и пара сдвоенных вилкой волнистых лезвий сизого цвета. Перед тем, как замереть в мертвой руке хозяина, он забрал немало вражеских жизней, распластав местность вокруг, как мясную нарезку.

Гарри коротко поклонился, отдавая дань уважения павшему воину, не дрогнувшему и не отступившему до самого конца, и стал спускаться по склону вниз. Вскоре гребень холма скрыл от его глаз останки неизвестного, а ещё через час юноша вступил в то, что раньше было городом.

Идя по узкой тропинке — все, что осталось от некогда широкой улицы, которая теперь была с обеих сторон завалена горами щебня, мимо торчащих, как гнилые зубы, почерневших обломков стен, Поттер повсюду натыкался на останки тех, кто раньше здесь жил. Обугленные, покрытые потрескавшейся коркой похожие на грубые манекены тела, большие и маленькие, замерли в различных позах, но все безликие головы были повернуты в одном направлении — туда, откуда пришла гибель. Выставленные в защитном жесте руки, пригнутые головы в тщетной попытке спрятаться...


Пройдя туда, где раньше, должно быть, располагался центр неведомого города, Гарри остановился, внимательно разглядывая неожиданно открывшееся перед ним зрелище.

В центре пустого пространства, бывшего раньше чем-то вроде главной городской площади, высилась чудом уцелевшая пятиметровая скульптура тонкой, изящной женщины с ниспадавшими на узкие плечи длинными волосами, одетой во что-то вроде легкой туники. Она стояла на неправильной формы угловатом постаменте, чуть склонив вперед голову и сложив перед собой ладони в молитвенном жесте, несколько ином, нежели у земных христиан — развернув узкие, прижатые друг к другу ладони крестом. А еще у женщины были крылья. Неизвестный скульптор изваял их распахнутыми во всю многометровую ширь и изогнул таким образом, что казалось, они стараются охватить собой все вокруг.

Но чем ближе подходил Поттер, тем больше деталей он замечал. Изваяние было не так просто, как подумалось ему сначала. Каменная женщина не походила ни на одну из статуй его далёкой родины: она, видимо, была призвана олицетворять некий непонятный гостю дуализм или нести скрытый смысл. Правая половина статуи принадлежала юной девушке с закрытыми глазами, точеными губами, сложенными в легкой улыбке и стройным телом, едва прикрытым тканью. И крыло с правой стороны, даже будучи каменным, выглядело мягким и невесомым, как у ангела.

Левая же сторона являла нечто совсем иное. Стройность тела преображалась в угловатость, сквозь кожу проступали кости, а черты лица становились изможденными и резкими. Безгубый рот сжимался изогнутой линией, а глазницу, бровь и скулу закрывала широкая и толстая повязка, на которой темнел даймонский иероглиф, означающий «Отрицание всего».

Даже левое крыло, издали неотличимое от правого, вблизи оказалось более жестким, каким-то неуловимо хищным, с перьями, походившими на метательные ножи или острые, зазубренные осколки стекла. Но больше всего завораживало то, что давно ушедший мастер по камню сумел сделать так, что две различные стороны статуи не казались слепленными вместе чужеродными половинами, а выглядели единым целым, изображая разные ипостаси какого-то неведомого Гарри существа.


«Та, что ждет», — прочел Поттер надпись на постаменте, не решаясь подойти к статуе вплотную. Вокруг неё останков давным-давно погибших людей было особенно много, а у самого её подножья черные фигуры сливались в единый бугристый ковер, как будто они даже в минуту неминуемой гибели, пытались найти защиту и спасение под крыльями этой местной то ли святой, то ли богини.

Но из города не спасся никто, смерть настигла всех его жителей внезапно, подобно атомному удару. Камешек, вылетевший из-под ноги Поттера, ударился в одну из черных фигур, и она осела, мгновенно рассыпавшись в прах — лишь зловещее безветрие погибшего мира хранило эти страшные изваяния сотни лет, как тень памяти былого ужаса.

«Простите...» — пробормотал про себя Поттер и прибавил шагу, желая как можно быстрее выбраться из этого города мёртвых.

Пирамиды становились всё ближе, обретая объём и наливаясь густой чернотой на мерцающих гранях. Теперь Гарри ясно видел, что они не сплошь черные — в центре каждой грани находился символ, похожий на стилизованный наконечник стрелы: не белая, а, скорее, светло-серая фигура из трех прямоугольных ромбов, расположенных в виде «галочки». Один, покрупнее, в центре, два поменьше — выше и по бокам.

Однако вскоре гигантские треугольные силуэты снова стали утопать в сероватом тумане. Мглистый свет, окутывающий всё вокруг, начал затухать, а линия горизонта расплываться. Даже в мёртвом мире существовало некое подобие ночи, и Гарри, не откладывая, принялся искать место, подходящее для временного убежища.

После недолгих раздумий он выбрал одно из немногих уцелевших зданий — разрушенное лишь наполовину, с округлой формы башенкой, стоящее на окраине городских развалин. Наложив по широкому кругу несколько сторожевых и защитных заклинаний, Гарри поднялся по лестнице с выщербленными ступенями и нашел наверху относительно ровную площадку, где и стал обустраиваться.

Убрав заклинанием толстый слой вездесущей, похожей на пудру пыли, Гарри достал и расстелил на полу свою видавшую виды мантию и, устроившись на ней, без всякого энтузиазма сжевал сандвич и пару галет — перспектива ночевки в подобном месте не слишком способствовала аппетиту, но выбор у него был невелик. Решение идти дальше в полной темноте по совершенно незнакомой местности едва ли могло сойти за разумное.


Наскоро подкрепившись, Поттер, держа под рукой меч, разлегся на мантии, твердо уверенный, что не сможет сомкнуть глаз. Однако усталость взяла свое, и он сам не заметил, как провалился в сон.


* * *


Вынырнув из тяжелого, как мокрое одеяло, забытья, наполненного гнетущими, тревожными образами, он сам не понял, отчего проснулся. Невидимое за толщей облаков местное светило ещё не взошло, и на мёртвых землях властвовала тьма. Но такими ли мертвыми они были?.. Гарри высунулся сбоку от полурассыпавшегося зубца башни, и ему открылась картина, жуткая и завораживающая одновременно.

Пирамиды… горели. Во абсолютном мраке ночи их треугольные силуэты, одетые в ореол багрового, почти черного призрачного пламени, растекавшегося по граням, выглядели, как три громадных погребальных костра. Остатки могучих, тёмных сил, некогда сконцентрированных в этих храмах, словно бы фонили, просачиваясь сквозь толстые стены длинными, дрожащими языками. Даже с расстояния Поттер ощущал исходящее от них напряжение, подобное тому, которое люди чувствуют, находясь вблизи линий высоковольтных электропередач.

«Что же там такое?..»

Юноша вгляделся в темноту, и у него неприятно заныли зубы. Сюрпризы ночного Даймона не ограничивались жутко светящимися пирамидами: по равнине со стороны, откуда пришел Гарри, неслись сотни блеклых, зеленоватых парных огоньков. Они двигались короткими зигзагами, будто рыская — и эта картина что-то смутно напомнила невольному наблюдателю.

«Да это же чьи-то глаза! — внезапно обожгло Поттера, и он крепче стиснул рукоять меча. — А как они двигаются... Точно так же волки идут по следу, почуяв запах добычи».

Кого именно неведомые твари сочли добычей, Гарри знал точно.

«Ну, давайте, только подойдите... У меня есть чем поприветствовать вас…»

А жутковатые огоньки неторопливо приближались, понемногу охватывая полукольцом одиноко торчащий перст башни. Ближе... Еще ближе... Поттер различил какое-то пощелкивание, тонкий свист и стрекотание — а в следующий миг передние ряды незваных гостей налетели на первый защитный барьер. На удалении от башни расцвели десятки бело-оранжевых бутонов высокотемпературного пламени, беспощадно жгущего и рвущего на куски тех, кто нарушил очерченную магией границу. Ночь наполнилась пронзительным, скрипучим воем, в котором мешались боль и злоба. Ставя защиту, Гарри не пожалел сил на огненные заклинания, простые, но мощные, и, очерчивая границу, пламя вспухало всё новыми и новыми разрывами. В его свете ясно были видны ночные визитёры — скачущие низкорослые создания с тупыми жабьими мордами. Однако земным жабам вовсе не полагалось иметь зубов, а тем более таких, какие поблескивали в широких пастях их даймонских «родичей». Они вертко передвигались то на двух, то на четырех конечностях, их можно было принять за животных, если бы не короткие пики в руках. Твари гибли десятками, но, яростно вереща, продолжали настырно лезть вперед, пытаясь обойти огненную завесу и зайти с тыла, но везде натыкаясь на жаркое пламя. Отлично понимая, что при таком напоре и количестве атакующих, магический барьер быстро истощится, Поттер сосредоточился. Его растопыренные пальцы окутало малиновое сияние формирующихся в ладонях файерболов — огонь этим существам пришелся явно не по вкусу — но в этот момент в дело вмешался некто третий.


В темноте раздался странный звук, как будто вдалеке гулко и шумно выдохнул великан. Через мгновение звук повторился, но уже гораздо ближе, и зубастые жабы вновь завизжали, но на этот раз в их воплях отчетливо слышались страх и паника. Бросив своих мертвых и умирающих собратьев, они, как волна, стали быстро откатываться обратно. Но недостаточно быстро.

В свете догорающих останков по земле быстро скользнула какая-то смутная тень, похожая на стремительно плывущего над морским дном ската, и накрыла арьергард отступающих. Уродливые тела взмыли вверх и лопнули, вывернутые наизнанку, как испекшийся попкорн. Отчаянно голося и подвывая, полужабы припустили вскачь, но неведомый страж, похоже, привлеченный использующийся магией, не стал их преследовать, и отвернул, приблизившись к башне.

«Ага. Теперь он займется мной...» — скрипнул зубами Гарри, но тень не спешила, замерев у подножья как бы в нерешительности. В ушах Поттера внезапно раздался тихий звон, и голова наполнилась чужими, царапающими разум мыслеформами — удивление, злобная радость, хищное предвкушение, неуверенность, узнавание, еще большее удивление и, наконец, легкое разочарование.

Тень развернулась и исчезла во тьме так же быстро, как и появилась.

«Похоже, меня сочли своим... Не знаю только, радоваться этому или…» — Гарри облегченно вздохнул и снова уселся на мантию, внимательно вслушиваясь в ночь. Но всё было спокойно, и только уже привычные громовые раскаты нарушали тишину. — Скорее всего, это действительно был какой-то страж, нежить, уцелевшая в той войне. И он наверняка был порожден Каэр-Ду или кем-то из его сторонников, раз не счел меня врагом. Интересно, много тут таких осталось? И кто были эти ночные твари? Как они умудрились выжить?»

Спать уже не хотелось, и Поттер лежал на спине, размышляя о своем, пока черное небо не начало светлеть, понемногу превращаясь в уже знакомый, низко нависший серый, бугристый полог.

Когда окончательно рассвело, Гарри покинул свое временное убежище. До конечной цели его путешествия оставалось совсем недалеко.




следующая страница >>