girniy.ru 1 2 ... 4 5




В.Ю. Софронов (архивные материалы для сайта Менделѣевiя)


ТФГАТО /Тобольский филиал государственного архива Тюменской области/

Ф. 329, оп. 5, дело 225.


Дело по прошению надворной советницы Марии Дмитриевны Менделеевой о выдаче ей свидетельства на имение ее доверителя Коллежского Асессора Василия Дмитриевича Корнильева.


1804 года Ноября 25 дня в Тобольской Палате Гражданского суда.


Слушали выписку учиненную к решению дела по данному в бывшую Тобольскую Гражданскую Палату от тобольского купца и фабриканта Николая Алексеева сына /Корнильева/ и вдовствующей купецкой жены и фабриканши Марфы Ивановой дочери /Корнильевой/ с детьми ее сыновьями Дмитрием и Яковым Васильевыми Корнильевыми о совершении на уступленную Николаем означенной купецкой жены Корнильевой с детьми по примирению Тобольского Совестного суда.

Состоящей в Тобольске стеклянной фабрики и при оной людьми за пять тысяч рублей ПРИКАЗАЛИ: как повыше прописанным обстоятельствам оказалось

1-е. Купец и фабрикант Николай Алексеев сын Корнильев оставшуюся от отца своего фабрикою и купленными людьми к оной фабрике владел по единой только данной на одно имя отца его Алексея привилегией по покупке одним же им Алексеем людей обоего пола 28-ми человек , но в существе своем фабрика была общая того Алексея с братьями Михаилом, Иваном, Федором и Василием и возводима была еще матерью их родною Анною Алексеевой дочерью имевшемся при ней оставшим от отца их Якова Григорьева сына Корнильева капиталом, на что и привилегия дана на одно имя Алексея, то сие по воле той их матери, которая за получением привилегии одного того Алексея при покупке к той фабрике людей обоего пола 28-ми человек, а прочие души обоего пола не на одно уже его лицо, а вообще с братьями своими вместе происходило при жизни матери их и на ее капитал и та фабрика и люди с самого начала ни одному Николаеву отцу Алексею принадлежали, а вообще всем братьям как при учиненном владельце Николае с теткой Васильевой женою Марфой Ивановой дочерью. Здесь при ее примирении и условии же примирении в оном суде та тетка с детьми доказали и Николай признательно утвердил.

2-е. Как вменены были сперва участки каждого порознь по решению той же матери их родной, которая владеющая всем капиталом при жизни своей не раздробляя фабрики, а принадлежность каждому в людях в 1753 году Сентября 1-го числа расписала и подтвердила свои участки как в раздельной сказано для предупреждения несогласия в том числе фабриканту одному Алексею с того времени с 1735 года умножилось рождением детей, немалое число которых всех по последней ревизии под словом при фабрике, но не вообще, а порознь показано принадлежащими Алексееву сыну Николаю мужского пола 39-ть, женского 40, итого 79 душ; Иванову сыну Александру мужского – 11-ть, женского –9-ть, итого 20 душ; Федору, а по завещанию его, писанному собственной его рукою, следующих Василию нынешней вдовы Марфы Ивановой – мужского пола – 21-н, женского – 18-ть, итого – 39 душ; да собственно Василию, а за смертью его помянутой жене Марфе Ивановой с детьми Дмитрием и Яковым – мужского пола – 14-ть и женского – 19-ть, итого – 33 души, с вышеписанными же Федора по завещанию к ней пришедшими, составляют мужского – 35-ть, женского – 37-мь, всего – 72 души; Михайлову сыну Ивану, а за смертью его жене Катерине Константиновой дочери с детьми – мужского пола – 2, женского – 5-ть, итого 7 душ; за всем тем не бывшие в разделе после уже того приписанные к фабрике мужского пола – 6-ть, женского – 9-ть, итого 15 душ, каковое обстоятельство выше упомянутых мирных условий и в решении Совестного Суда именно: стало быть люди не одному Николаеву отцу Алексею принадлежали, а вообще всем братьям, но не по равным участкам по разделу матери их, и следовательно Алексей, а потом и сын его Николай Корнильевы и владетели фабрики, но в людях собственности и состояло обоего пола только 79-ть душ, и которые тот Николай Корнильев по примирительному условию и при достойных вероятия людях продал их тетке своей Марфе Ивановой дочери с детьми в вечное и потомственное владение за Пять тысяч рублей без всякого изъятия из людей. То условие по соглашению заключили рукоприложением подали в Совестный Суд, в котором особым по порядку учрежденном примирением тоже самое утвердили, а Совестной Суд по сим Высочайших учреждений и печатью закрепил.



3-е. И тем самым все бывшие о разделе фабрики как в Городовом Магистрате так и в Совестном Суде порешилось, да когда люди предлагаются в одни руки, то согласно сему с 1804 года Марта 23 дня, и что Николаю Корнильеву сделано было по сношению Губернского Правления в Гражданской Палате на ту фабрику запрещение обще купным и согласным примирении просили они разрешить тому особливо, что сие запрещение было не по казенным или партикулярным долга; а сперва по просьбе дяди его помянутой /тетки/ Марфы Ивановой мужа, бывшего тогда над ним и над фабрикою опекуном, Василия Корнильева, по причине пьянства и распутной жизни Николаевой, и чтоб он не мог частно под каким-либо предлогом людей и из движимого имения распродать, а потом по прошению выше писанной тетки его, когда она с детьми вступила в иск о своем участке в людях по отношению Совестного Суда в Губернское правление по какому обстоятельству когда примирились, Совестной Суд относился к Губернскому Правлению требовал снять запрещение, что по сношению Губернского Правления с палатою и было учинено. И то бывшее запрещение разрешено, но оставалось препятствие в совершении купчей только затем, что продавец Николай Корнильев по условию своему и по решению Совестного Суда не предоставил тетке своей реестра о долгах на нем состоящем самим не оспариваемых, в которых тетка в числе пяти тысяч рублей принимала заплатить за уже собою с процентами и что уже сумму 50 рублей он от нее на свои расходы получил да по векселю Коллежскому Советнику Розенгу тысячу четыреста рублей, затем следующего за ним принадлежащего капитала остается … рублей да за положенные потому же решительному примирению в уступку той Марфы Ивановой, оставленной Алексею, а от него по наследству доставшийся Николаю образ в золотой ризе 280 рублей, всего за него капитала 3,830 тысяч рублей; за всем тем когда они вообще

просили прошением своим от 1797 Года Мая 29-дня, то в сем прошении со стороны Николая выговарено было, что фабрику он просит продать за пять тысяч рублей, кроме одной семьи Василия Кузнецова с женой и сыном Егором, но о сем ни в домовом условии, ни в решении Совестного Суда совсем не сказано.



4-е. Как в продолжении времени выше писанного продавец участка в людях Николай Корнильев в 79 человек умер бездетен, следовательно купчей не совершено; да и от Марфы Ивановой дочери последней суммы денег не заплачено, однако она обязалась уже условием выше писанным по договору сумму всю заплатить кредиторам, что от Палаты неоднократно уже дано знать и Городовому Магистрату. Следовательно во утверждение фабрики за нею нет никакого сомнения потому еще особливо, что хотя сверх Николаевого же с детьми главных участков есть еще по разделу матери Корнильевой в людях.

5-е. Что следует до того, что сперва Алексею Корнильеву принадлежала фабрика и покупаемые к ней люди, то по истребованию Палаты выше писанная Марфа Ивановна дочь с детьми представила с подлинных данных от Мануфактур-коллегии тому Алексею Корнильеву в 1749 Году Августа 20 числа привилегии на покупку земли и записи данные из бывшей Губернской Канцелярии одна от Октября 31-го 1750, другая от Июля 13-го 1758 года на выше помянутых людей засвидетельствованные копии.

Все эти бумаги по рассмотрению Палаты и засвидетельствованные как на возведение фабрики так и на землю и людей утверждают правость им Корнильевым, и для того за /смертью/ Николая Корнильева по выше писанным обстоятельствам на имя фабриканши Марфы Ивановой с детьми Дмитрием и Яковым Васильевыми детьми, как не проданный участок в людях. Следовательно и о фабрике Николаем Корнильевым обоего пола по последней ревизии 79-ть душ.

Просительнице фабриканше Марфе Ивановой с детьми Корнильевыми дать за свидетельством секретаря точную копию, которая и выдана фабриканту иТобольскому купцу Якову Корнильеву Декабря 2-го 1804 года.


На подлиннике подписали:


Председатель Петр Резанов

Советник Василий Верещагин

Асессор Андрей Суворов

Заседатель от купечества Иван Кустарев

Скрепил – Секретарь Федор Соколов.


/Рукою Г. Губернского Прокурора написано: Читал/.


Подписано 2 декабря 1804 года.


Справка из дел Хозяйственного отделения Тобольской Казенной Палаты по второму столу.


По просьбе управляющей по доверенности Стеклянною Фабрикаю Коллежского Асессора Василия Дмитриевича Корнильева, надворной Советницы Марии Дмитриевны Менделеевой, поданной в Казенную Палату 15-го Сентября 1833-го года, о возобновлении межи фабричных земель: Первой – Абалакской волости в селе Аремзянском при стекольной фабрике и Поташном заводе и Второй – Бронниковской волости в деревнях Аремзянской и Малой Ломаевой, предписано было Г. Тобольскому Губернскому Землемеру 21 Сентября, дабы он поручил Окружному Землемеру: принадлежащие к фабрике и Поташному Заводу Г. Корнильева земли обмежевать в окружности оных по имеющимся у поверенной

Г. Менделеевой законным на сие земли утвердить межевыми признаками и снять на планы; и дабы по выполнении сего, означенные планы в трех экземплярах с межевыми книгами представил он в Г. Губернский Землемер в Казенную Палату. Каковое межевание было поручено им, как он рапортовал, 23 Сентября Землемеру Губернской Чертежной Филимонову.

2. Коллежский Асессор Александр Пчельников прошением, поданным в Казенную Палату 9-го Октября 1833 Года, жаловался на Землемера Филимонова, что он по прибытии, для исполнения поручения Казенной Палаты, на дачу села Аремзянского владения Гг. Корнильевых, которая лежит смежно с дачею Его Пчельникова 116 десятин 2326 саженей, купленную им в 1830 Году у дворянки Натальи Простакишиной, урожденной Андреевой, жалованной деду Ея Капитану Андрееву по выписи 1753 Года Марта 1-го дня и доставшеюся ей по наследству, владеенную Андреевыми несколько десятилетних давностей неотъемлема им Пчельниковым со времени покупки 4 года спокойно, оставя без возобновления прежнюю межу, утвержденную в 1805 Году, при межевании дачи Андреевых Землемером Соколовым на крайней к земле Корнильевых протоке речки Сосновки, где стоит бесспорный столб с ямою того Соколова возобновленный в 1831 году Землемером Завьяловым, отрезал половину той дачи его, оспариваемой Корнильевыми еще в 1805 году во время Межевания Землемера Соколова, по среднюю протоку означенной речки Сосновки, и утвердив на ней прежде судебного приговора обозначенный спор, формальную межу бесспорными столбами с ямами, отдал во владение Корнильевых, несмотря на то, что межевание означенной дачи в 1805 году приведенное по неоспорению оного ни кем в течении более двух десятилетних давностей, вошло уже в законную силу. Почему он, Г. Пчельников и просил: отнятую у него землю ему возвратить, утвержденную им на сей земле бесспорную межу уничтожить, оставив сию землю до объявления судебного приговора по выше упомянутому спору в прежнем положении, т. е. Окруженную спорными столбами без клейм и ям; возобновить бесспорную межу его с Корнильевыми на том самом месте крайней к их владению протоки речки Сосновки, где она утверждена Землемером Соколовым в 1805 году, и возобновлена Землемером Завьяловым в 1831 году.



Во исполнение сего Г. Губернский Землемер рапортом от 31 Октября того ж года донес Казенной Палате, что поелику Землемером Филимоновым на дачу Гг. Корнильевых, из которой часть земли оспаривает Г. Пчельников, плана еще не предоставлено, то о скорейшем сочинении и представлении оного предписал он Землемеру Филимонову; и что по получении от сего последнего требуемого им плана войти в разрешении просьбы Г. Пчельникова и о содействии землемера Филимонова и о последующем донести Казенной Палате он не замедлит.

А между тем Коллежский Асессор Пчельников в прошении поданном в Казенную Палату 28 Марта 1834 года, изъяснил, что Землемером Филимоновым при возобновлении осенью 1833 года межи села Аремзянского владения Коллежского Асессора Корнильева, в основании известного Казенной Палате из поданной Г. Пчельниковым 9 октября того ж года просьбы, отрезания более половины дачи его полагал между прочим причинами означения межевавшем в 1805 году Землемером Соколовым на плане из сей части дачи его спорною с Корнильевыми 54 десятины 738 сажени; что он Г. Пчельников, желая удостовериться о положении дела по означенному спору просил Тобольский Окружной суд 7 Октября 1833 года: буде дело сие еще не решено, считать его по оному ответчиком, и объявить ему: за чем дело остановилось без решения и решать по законам: а буде уже решено, то объявить Ему решение апелляционным порядком; в случае же пропущения и апелляционных фоков (?) выдать ему засвидетельствованную копию с решения, для сведения; что на сию просьбу его Тобольская общая полицейская Управа объявила ему отношение здешнего Окружного суда от 30 Генваря 1834 года № 165, что изложенного в прошении сего дела в производстве того суда с 1805 года по настоящее время не имелось. Следовательно Землемер Филимонов без суда и приговора лишил его собственности, владеемой от дня пожалования от казны 1-го Марта 1753 года, неотъемлемо более восьми десятилетних давностей и что не с ним одним поступил так Филимонов, ибо он подошед к даче его Г. Пчельникова через сенокосные паи крестьян деревни Бобровки Василия Логинова и Ивана Шулепина, отделенные им из Казенной земли, отданной по Указу Правительственного Сената 1-го Департамента на имя Тобольской Казенной Палаты от 12 Мая 1805 года в надел крестьянам деревень: Белой и Бобровки ….. /неразборчиво/


с астролябией; однако ж не по прямому указанию линии, а на голос расставленных во многих местах людей отрезал те паи в дачу Корнильевых и утвердил на них частное бесспорное владение.

Почему он Г. Пчельников и просил: незаконное межевание Землемера Филимонова уничтожить, отнятую у него половину дачи ему возвратить; к восстановлению межи села Аремзянского командировать другого благонадежного Землемера, которому предписать в случае желания поверенной Менделеевой продолжать с ним спор, принять от него на основании межевой инструкции спорный отвод, а до решения дела оспариваемую половину дачи оставить в его владении и обнести спорными столбами.


По рассмотрению сей просьбы Казенная Палата находила, что Г. Пчельников, называя себя владеющим показанной им земли, по праву покупки оной у дворянки Простакишиной урожденной Андреевой, при объявлении неудовольствия на Землемера Филимонова о замежевании части той земли во владения Коллежского Асессора Корнильева, обязан был по силе 50 пункта общей Инструкции Землемерам предоставить на право владения присваиваемой им земли узаконенной актом, но он вместо того представил только одну выпись 1753 года Марта 1-го дня о пожаловании земли Капитану Андрееву – такой документ, который ни мало не доказывает принадлежность означенной земли

Г. Пчельникову.

А как таковые доказательства для правильного и законного ходу дела сего необходимы, то Казенная Палата предписала Тобольской Общей Полицейской Управе 30-го Мая –

1834 года № 2520 истребуя от Г. Пчельникова на право владения оспариваемую им землю узаконенный акт представить в Казенную Палату, а Г. Пчельникову объявить, что по получении требуемых сию Палатою от Тобольских: Губернского Землемера и Земского суда сведений, и по представлении самим им владеемого на землю акта, - Палата не оставит сделать по просьбе его законное положение.

Но не Губернский Землемер ни Полицейская Управа требуемых Палатою сведений еще не предоставили. Между тем Земский суд представил в Палату рапорт от 4-го Июля 1834 года №319-й, отобранную Заседателем Менщиковым от крестьян деревень: Чечигиной, Горбуновой, Черноноговой, Потаповой, Клепаловой, Серюковой, Яловки и Бобровки сказку, в которой отмежеванная Землемером Филимоновым во владение Г. Корнильева, до обхода его Филимонова, владела помещица Андреева и в последствии времени Г. Пчельников, а не Корнильевы, по сим же актам им не известно.


После сего Г. Исправляющий должность Тобольского Гражданского Губернатора в приложении от 28 июня сего года №2011-й изъяснил:


  1. что отставной Коллежский Асессор Александр Пчельников прошением, поданным к Г. Исправляющему должность Тобольского Гражданского Губернатора, жалуясь на несправедливость будто бы действия Землемера Филимонова, в отводе из принадлежащих Ему Пчельникову и крестьянам деревень Бобровской и Белой дач земли во владение Коллежского Асессора Корнильева, присовокуплении, между прочим, что по просьбе его, поданной в Казенную Палату предписанию было оною: Губернскому Землемеру проверить действия Филимонова, а Тобольскому Земскому суду – сделать подробное изследование о владении Пчельниковым землею и отдать оную до решения дела во владение тому, кто владел до спора, и что таковое исследование возложено на Заседателя Менщикова, но ни со стороны Губернского Землемера, ни со стороны Заседателя Менщикова данных им поручений не выполнено в течении 8 месяцев.

Почему он Пчельников просит: подвергнув Заседателя Менщикова ответственности за медленност, поручило сие другому чиновнику; с Землемером же Филимоновым за выведение им Пчельниковым несправедливости поступить по законам, а Казенную Палату побудить к посылке для законного исполнения сего дела благонадежного Землемера.


2) чтоб вслед за сим управляющая по доверенности стеклянною фабрикою Кол. Ас. Корнильева надворная Советница Менделеева, по данной 26 июня просьбе жалуется на Заседателя Менщикова в насильственном требовании от нее отобранных у крестьянина Шулинина лошадей за распашку принадлежащей брату ее земли, и с тем вместе просит удержать Коллежского Асессора Пчельникова от вторжения в принадлежащую доверителю ее земляные дачи, и воспретить ему въезд на фабрику, поелику он посевает зловредные между Поселянами толки.

3) что по жалобам Пчельникова и Менделеевой на Заседателя Менщикова предписано им Г. Исправляющим должность Гражданского Губернатора Тобольскому Земскому суду истребовать от него ответ, а порученное ему дело возложить на другого чиновника.


При чем он Г. Исправляющий Гражданского Губернатора препровождает в Казенную Палату списки с просьб Менделеевой и Пчельникова на тот конец, чтобы к бесспорному владению землями той и другой сторон сделан был от оной зависящее распоряжение без потери времени; для чего и поспешить с проверкою межевания Землемера Филимонова, и в случае найденных с его стороны несправедливостей в сем деле поступить с ним по законам.

На сие постановление Казенная Палата состоявшемуся

16 Ноября 1834 года заключила:

Отставной Коллежский Асессор Пчельников, поданными им в Казенную Палату просьбами изъявил неудовольствие на Землемера Филимонова будто бы он при возобновлении в 1833 году границ земли Коллежского Асессора Корнильева не правильно замежевал во владении сего последнюю половину дачи его Пчельникова, владеемой им по праву покупки в 1830 году у дворянки Натальи Простакишиной урожденной Андреевой, просил – незаконное межевание землемера Филимонова уничтожить, отнятую у него Пчельникова землю ему возвратить, и для восстановления и для восстановления межи командировать другого благонадежного Землемера; в доказательство же принадлежности ему земли предоставить роспись 1753 года Марта 1-го дня. Хотя в подобных случаях командирование Землемера на спорные земли есть конечно ….. законное и действительное средство разрешения споров.

……………………………………………….

С другой стороны Г. Пчельников не представил на право владения присвоенной им земли законного акта кроме выше упомянутой выписи о пожаловании земли Капитану Андрееву, которая ни мало не служит доказательством принадлежности оной Пчельникову, то Казенная Палата и не имела никаких оснований командировать по выше означенным просьбам Г. Пчельникова для поверки в натуре земель другого Землемера.

Но дабы удостовериться в справедливости жалоб его

Г. Пчельникова на Землемера Филимонова иметь в виду законное и ясное доказательство о принадлежности ему земли и дать делу законное направление Казенная Палата 26 ноября 1834 года предписывала:


Во 1-х Тобольскому Губернскому Землемеру рассмотреть действия Филимонова по межеванию дачи Г. Корнильева, почему он Г. Губернский Землемер и обязан был о последствиях рассмотрения с представлением Плана и межевого производства донести Палате:

Во 2-х здешнему Земскому суду удостовериться и донести Казенной Палате: точно ли Г. Пчельников и дворянка Андреева владели до межевания Филимоновым местом, которое замежевано им в дачи Г. Корнильева;

В 3-х Полицейской управе истребуя от Г. Пчельникова на право владения требуемой им земли узаконенный акт, предъявить оный в сию Палату: но как таковых предписаний со стороны Г. Губернского Землемера и Полицейской Управы исполнено не было, то и в настоящем случае Казенная Палата не могла сделать распоряжение об откомондировании другого Землемера на спорные земли, хотя же в представленном Земским судом показании крестьян деревни Чечигиной и прочих и объясняли, что замежеванные Филимоновым земли владела помещица Андреева и в последствии Кол. Ас. Пчельников; но одно сие показание не может служить совершенным доказательством справедливости жалобы Г. Пчельникова, тем более, что Г. менделеева жалуется ныне на самого Пчельникова, что он вторгается в принадлежащие доверителю ее дачи и поселяет зловредные между селянами толки. А потому дабы ускорить прекращение споров Г. Пчельникова и Менделеевой, строго предписать Г. Губернскому Землемеру и Тобольской Полицейской Управе дабы первый проверив надлежащим образом план и межевое производство землемера Филимонова по межеванию дачи Корнильева немедленно представить в Казенную Палату со своим заключением о действиях Филимонова; а последняя без малейшего отлогательства времени и стребовав от Пчельникова и представив в Палату узаконенный акт на право владения им выше означенных земель объявив ему, что Казенная Палата по получению означенных сведений не замедлить сделать по просьбе в надлежащее распоряжение.

Опись и оценка учиненная во исполнение указа


10-го Февраля 1838 года за № 1790

Губернского Правления Тобольского Земского Суда Дворянским Заседателем Николаем Менщиковым Абалакской волости при волостном голове Иване Варфаломееве Осипове, и лучшего поведения Крестьян движимому и недвижимому имению Помещика Коллежского Асессора Василия Дмитриева Корнильева, стоящему в Тобольской Губернии и уезде оного в разных деревнях, что же именно описано и во сколько оценено значит под сим.



следующая страница >>