girniy.ru 1


Санкт-Петербургский государственный университет

Философский факультет

Лейпхарт А. «Демократия в многосоставных обществах»

Студент 4-го курса

административная политика и право

Смагин Алексей

Санкт-Петербург, 2000.


Лейпхарт А. «Демократия в многосоставных обществах».

Книга принадлежит к весьма многочисленной, хотя и крайне разнородной, группе исследований, в которых выразилось характерное для последних десятилетий ХХ века понимание демократии. Речь идет о том, что демократия - сама, по себе, влиятельная политическая идея XIX века, стала к концу ХХ века политической реальностью, к его середине - реальность геополитической, превратившись, пускай может быть и номинально, в явно преобладающий в мире тип политического устройства. Хотя и в начале 19 века были вполне реальные демократические режимы в Северной Америке и Швейцарии. Но тогда это были особые, исключительные случаи, противостоящие европейским монархиям с их колониальным миром.

Лейпхарт в своей книге говорит о демократии в многосоставных обществах. Этот тип - сообщественная демократия в многосоставных обществах - особая форм устроения, предполагающая такое организационное взаимодействие всех основных «единиц» (этнических, религиозных или культурных общностей, состовляющих политию), при котором ни одна из них не оказывается надолго в состоянии, могущем быть расцененным как изоляция. Лейпхар считает, что многосоставность общества не такаю уж редкость, чтобы считать ее исключением из правил. Предпочтения в пользу однородности государства связано с идеологическими соображениями, чем с действительной значимостью и распространенностью данного явления.

Затем Лейпхарт выявляет демократические сообщества, чья многосоставность закреплена в самих институтах. Идея смешанного правления вновь возвращается в политическую науку, притом в ее институционалистическое течение. Это, конечно, специфическое смешанное правление - горизонтально, а не вертикально организованное, но все же смешанное в самом глубоком, самом сокровенном смысле: оно соединяет в одном демократическом государстве людей, разделенных разным происхождением и, следовательно, разными мировоззрениями (даже если разница определяется только языком).


Лейпхарт определяет сообщественную демократию, указав четыре ее главных признака. Он считает, что они в наибольшей степени характеризуют эту форму демократии. Он их делит на на два главных и два вспомогательных. К главным относится «большая коалиция» и «автономия сегментов»1. Признаки вспомогательные, но значительно усиливающие главные - пропорциональность и право вето.

Лейпхар считает, что достичь и поддерживать демократическое правление в многосоставных обществах возможно, хотя и трудно. Сотрудничество элит - первая и основная отличительная черта сообщественной демократии.

Сообщественную демократию, как уже говорилось, можно определить через четыре ее основных элемента и самым важным является осуществление власти большой коалицией политических лидеров всех значительных сегментов многосоставного общества. Она может выступать в нескольких различных формах: как «большой» совет или комитет с широким объемом совещательных функций, или большая коалиция с участием президента и высших должностных лиц в президентской системе. Три других элемента - это взаимное вето или правило «совпадающего большинства», вы ступающие как дополнительная гарантия жизненно важных интересов меньшинства; пропорциональность, как главный принцип политического представительства, распределения постов в государственном аппарате и средств распределения государственного бюджета и высокая степень автономности каждого сегмента в управлении своими внутренними делами.

БОЛЬШАЯ КОАЛИЦИЯ

Важнейшая характерная черта сообщественной демократии состоит в том, что политические лидеры всех значительных сегментов многосоставного общества сотрудничают в управлении страной в рамках большой коалиции. Этот принцип может контрастировать с той системой демократии, для которой характерно разделение политической элиты на правительство, опирающееся только на парламентское большинство, и на влиятельную оппозицию. Самым ярким примером такого устройства является британская демократия, поэтому модель «правительство против оппозиции» далее Лейпхарт будет именовать «британской». Стиль политического управления в сообщественной модели основан на объединении интересов; в британской модели - на конкурентном, или соревновательном принципе.


Функции большой коалиции можно пояснить, рассмотрев их в контексте противостоящих друг другу принципов консенсуса и правления большинства в рамках нормативной теории демократии. С одной стороны, широкое согласие всех граждан выглядит более демократично, чем просто власть большинства, но, с другой стороны, единственная реальная альтернатива власти большинства - это власть меньшинства, или, по крайней мере, право меньшинства накладывать вето. В большинстве случаев эта дилемма разрешается установлением принципа простого большинства, а по более важным вопросам, принципом квалифицированного большинства. Хотя на практике принцип большинства хорошо работает тогда, когда разброс мнений не слишком велик. Но в политической системе с отчетливо выраженными противоречиями и потенциально враждебными друг другу группами населения принятие практически любого решения может стать игрой с очень большими ставками, и тогда власть большинства ставит под угрозу целостность и благополучие системы в целом.

Есть два пути превращения меньшинства в большинство: 1) значительное количество неустойчивых во мнении избирателей может резко поменять свое мнение и отдать голоса не партиям или партии, стоящей у власти, а оппозиции, и тем самым дать ей большинство, необходимое для формирования нового правительства; 2) возможна система ротации, при которой в течении нескольких лет каждая партия будет поочередно входить в правительство.

Первый механизм не может удовлетворительно действовать в многосоставном обществе, поскольку противоречия между его сегментами с большой вероятностью будут распространяться и на политическую сферу. Второй метод может срабатывать там, где существует не менее трех партий меньшинства, не имеющих заведомо предпочтительных партнеров по возможности коалиции. Но если у нас есть два стабильных партийных альянса или партия большинства, противостоящая двум или большему количеству меньших партий, тогда большая коалиция представляет единственную возможность избежать постоянного исключения меньшинства из власти.


ПРАВО ВЕТО.

Главная цель права вето меньшинства состоит в защите интересов меньшинства: оно наделяет каждый сегмент правом самостоятельно защищать себя и вручает права и безопасность каждого в те единственные руки, которые только и могут надежно обеспечить их - в его собственные руки.

Наибольшая опасность состоит в том, что это право может создавать такие же сложности для сотрудничества в рамках большой коалиции, к каким может привести и пренебрежение мнением меньшинства. Однако можно привести три довода в подтверждении того, что эта опасность не так велика, как кажется. Во-первых, вето имеет взаимных характер, все группы составляющее меньшинство, обладают им и могут прибегнуть к нему. Во-вторых, сам факт того, что право вето всегда есть в арсенале доступных средств, придает меньшинству чувство уверенности, тем самым снижая вероятность применения этого права на практике. И наконец, каждый сегмент понимает и осознает опасность тупика и застоя, к которому привет безоглядное применение права вето. Взаимное вето может быть как неформально неписанной договоренностью, так и официально оформленным правилом, и закрепленным в конституции.

ПРОПОРЦИОНАЛЬНОСТЬ.

Принцип пропорциональности тоже представляет собой значительное отклонение от принципа власти большинства. И, подобно взаимному вето, тесно связан с принципом большой коалиции. Его можно применять двояко. Во-первых, он является методом, с помощью которого между сегментами распределяются посты в системе государственной службы, а также ограниченные финансовые ресурсы в форме государственных субсидий.

Принцип пропорциональности как нейтральный и непредвзятый способ распределения устраняет из процесса принятия решений многие проблемы, и тем самым облегчает бремя сообщественной власти. Еще более важная функция принципа пропорциональности связана непосредственно с процессом принятия решений. Принцип пропорциональности связан с правилами большой коалиции. "Примерно пропорционального распределения политического влияния, если каждое решение согласовывается при участии всех групп".==> Все значительные сегменты должны быть не просто представлены, а представлены пропорционально.


АВТОНОМИЯ СЕГМЕНТОВ И ФЕДЕРАЛИЗМ.

Последнее отклонение от власти большинства составляет автономия сегментов, т.е. самоуправление меньшинства в сфере своих исключительных интересов, что представляется логическим следствием принципа большой коалиции. По всем вопросам общего характера решения должны приниматься сегментами совместно на началах пропорциональности власти. Однако по другим вопросам право принятия решений может быть передано отдельным сегментам.

Делегирование сегментам прав выработки и претворения в жизнь политических решений вкупе с пропорциональным распределением государственных средств между сегментами – мощный стимул к становлению организаций, представляющих интересы сегментов. Одним из аспектов многосоставного общества является то, что границы между сегментами переносятся и на институты гражданского общества1. Это означает, что автономия сегментов усиливает многосоставность и без того неоднородного общества.

Особой формой автономии сегментов является федерализм, хотя разумеется, федерализм может существовать и в не многосоставном обществе. В теории федерализм имеет много параллельного с сообщественностью, причем это не только предоставление автономии составным частям государства, но и завышенное представительство малых образований в "федеральной" палате парламента. Таким образом, теорию федерализма можно считать ограниченным и особым видом теории сообщественности, и, наоборот, концепцию автономии можно рассматривать как общий вывод из теории федерализма.

НЕДОСТАТКИ СООБЩЕСТВЕННОЙ ДЕМОКРАТИИ.

Нападки на сообщественную демократию могут быть двоякого рода: сообщественную модель можно критиковать за то, что она не вполне демократична, и зато, что не обладает достаточным потенциалом для создания на ее основе стабильной и эффективной системы власти.

Если считать наличие сильной оппозиции необходимым условием демократии, то сообщественная модель менее демократична, чем британская; правительство большой коалиции подразумевает относительно небольшую оппозицию, либо отсутствие формальной оппозиции в законодательных органах.


Однако это предположение не совсем корректно: идея сильной оппозиции, имеющая реальные шансы воплотится на практике в однородных обществах, не может служить критерием оценки политической системы многосоставных обществ. В условиях раскола идея сообщественной демократии является наилучшим решением. Ко всему прочему большая коалиции не исключает наличие оппозиции. если функционирует орган, перед которым коалиция несет ответственность, то критика может высказываться не только в адрес, но и в первую очередь в адрес отдельных участников коалиций со стороны не входящих в ее состав партий.

Еще одна группа критических замечаний сводится к тому, что при таком устройстве не в полной мере реализуется демократическая триада1. Сегмент играет роль посредующей структуры между обществом и индивидом, а также властью, он в значительной мере сглаживает различия между индивидами и способствует унифицированию общества. В этом нет парадокса: сообщественна демократия приводит к разделу многосоставного общества на более однородные и самодостаточные сегменты.

Разделение различных сегментов и автономия, которую они получают в ведение своих дел, нарушает идеал равенства. Но смысл сообщественной демократии не столько в равенстве индивидов, сколько в равном или пропорциональном представительстве социальных групп.

Если обратиться к третьему элементу демократической триады – братству, то с этой точки зрения сообщественность также не является идеальной формой организации власти. "Братство" предполагает позитивный мир, в сравнении с которым негативный мир сообщественной демократии явно проигрывает. Однако существенным является еще и то, какая из двух сформулированных целей более желанна, а какая достижима. Позитивный мир, основанный на взаимном доверии – достойная цель для осуществления. Однако демократичное мирное сосуществование, очевидно, предпочтительнее, чем недемократичный мир или демократия в нестабильном обществе, раздираемом борьбой сегментов.


Самая серьезная критика касается ее способности поддерживать политический порядок и политическую стабильность. Некоторые черты сообщественной демократии могу стать причиной ее неэффективности и неспособности быстро принимать необходимые решения:


  1. На практике власть большой коалиции означает, что процесс принятия решений идет очень медленно.

  2. Взаимное вето чревато опасностью того, что процесс принятия решений будет вообще парализован.

  3. Практика использования принципа пропорциональности при назначении на государственную службу означает, что принадлежность к определенной группе становится важнее, чем личные характеристики кандидатов.

  4. Автономия сегментов в буквальном смысле дорого стоит: она требует создания новых звеньев в цепи государственного аппарата, ровно как и создание самостоятельных структур управления для каждого сегмента.

Последнее критическое замечание в адрес сообщественной демократии касается ее демократичности и стабильности. Принцип "правительство vs оппозиция" имеет то преимущество, что недовольные избиратели имеют возможность подать свой голос против правительства, не голосуя при этом против самой системы. В сообщественной демократии правительство олицетворяет собой систему ==> недовольство правительство быстро перерастает в недовольство системой. Недовольство избирателей могут воспользоваться другие политические партии, которые будут выступать за изменение режима или системы, но они не обязательно будут недемократическими. А поскольку типичная избирательная система сообщественной демократии построена на пропорциональном принципе, постолько новым партиям будет не сложно найти свое место в полит процессе, а относительная легкость отказа от сообщественной демократии свидетельствует о ее жизнеспособности.

1 Под сегментами автор понимает некие совокупности индивидов, представляющие собой организованные или неорганизованные группы, которые различаются по языковым, культурным, религиозным, этническим и т.д. принципам, исповедуют разные взгляды и имеют различные интересы.

1 Гражданское общество – человеческая общность на определенной стадии развития, включающая добровольно сформировавшиеся негосударственные структуры в экономической, политической, социальной, духовной и др. сферах жизнедеятельности общества.

1 Демократическая триада – свобода, равенство, братство.